Главная > Литература связана

Литература связана


Я иду на урок

Валентина 
Рамзаева

Валентина Александровна РАМЗАЕВА (1968) — учитель литературы средней школы № 101 г. Самары.

Во всех федеральных программах изучение отечественной литературы в 11-м классе завершается обзором произведений последних десятилетий. Обзор этот подготавливается в предыдущих классах через организацию самостоятельного чтения учащимися лучших произведений современной литературы, которые потом обсуждаются на уроках внеклассного чтения, факультативных занятиях, осваиваются через организацию выставок, проведение конкурсов на лучшую рецензию, аннотацию, в ходе диспутов.

Но какие именно произведения современной литературы отобрать для введения в читательский круг старшеклассников, решает каждый учитель по-своему, согласно своим взглядам на художественную значимость того или иного текста. Программы ограничиваются лишь самыми общими рекомендациями. Между тем учителю трудно самому сориентироваться в современном литературном процессе, в котором произведения уже известных писателей 70–80-х годов — Ю.Бондарева, В.Распутина, В.Белова, В.Астафьева — соседствуют с произведениями Б.Екимова, В.Маканина, Л.Петрушевской, Т.Толстой и только входящими в читательское сознание текстами А.Уткина, А.Варламова, А.Волоса, Д.Бакина, С.Василенко, весьма разными по своему художественному уровню.

Нам кажется, что для учителя главными критериями отбора текстов для обзорного изучения современного литературного процесса должны быть эстетическая и общественная значимость, а также следование традициям отечественной классической литературы.

В заключительный обзор допустимо вводить произведения спорные, пока ещё не вошедшие в канон отечественной литературы, но имеющие современное звучание и вызывающие всеобщий интерес. Таким произведением мы считаем роман Г.Владимова «Генерал и его армия». Роман этот вызвал сразу же широкий отклик критики, разноречивые отзывы и живой интерес читателей.

Мы встречаем крайне противоречивые оценки произведения. С одной стороны, автор обвиняется в клевете на советский народ, советскую армию, особенно её командный состав (В.Богомолов. «Срам имут и живые, и мёртвые, и Россия»1), отрицаются художественные достоинства произведения (Вяч. Курицын. «Военно-патриотический роман в трёх вариантах»2), критикуется нарушение в романе исторической достоверности (Ю.Щеглов. «Страх, с которым нужно бороться»3). С другой стороны, признаётся художественная и общественная значимость произведения (Н.Иванова. «Дым отечества»4, Л.Аннинский. «Спасти Россию ценой России…»5, П.Басинский. «Писатель и его слова»6). Активно защищают автора от упрёков в клевете В.Кардин («Страсти и пристрастия»7) и М.Нехорошев («Генерала играет свита»8). Самые высокие похвалы роману, вплоть до эпитета “великий”, даны А.Немзером в статье «Кому память, кому слава, кому тёмная вода»9.

Но в одном критики единодушны: все отмечают паратекстуальную связь произведения Г.Владимова и романа Л.Н. Толстого «Война и мир». Она прослеживается не только через аллюзии и реминисценции, но и с помощью прямого цитирования, а также использования некоторых стилевых приёмов Л.Н. Толстого. Их мы и предлагаем рассмотреть на уроке внеклассного чтения по роману Г.Владимова «Генерал и его армия», а именно: сопоставление и противопоставление героев и их поступков, “срывание всех и всяческих масок”, использование внутреннего монолога (психологизм повествования), перебрасывание действия от командующего российской армией к командующему армией противника.

В споре, разгоревшемся вокруг романа, участвовал и сам Г.Владимов. В своих статьях — «Новое следствие, приговор старый»10, «Когда я массировал компетенцию. Ответ В.Богомолову»11 — автор отстаивал право на условность как художественный приём при изображении исторических событий.

В связи с этим, размышляя далее о жанровой природе произведения, примем во внимание версию критика О.Давыдова («Между Предславлем и Мырятином»). Автор статьи утверждает, что “историческим романом следует назвать текст, в котором <…> автор с его психологическими проблемами, пристрастиями и предрассудками, с его личной судьбой и биографией отсутствует, поглощён тем историческим материалом, с которым писатель, а вслед за ним и читатель имеют дело”12. Владимов действительно рассматривает войну в непривычном ракурсе “генеральской правды”, его произведение определённо нельзя назвать историческим. Роман скорее философский. Это размышления о судьбе России, о “белых пятнах” нашей истории, о загадочности русской души, о парадоксальной нашей многотерпимости в большом и нетерпимости в малом.

Г.Владимов не даёт готовых ответов, он лишь заставляет задуматься над нашим общим прошлым, чтобы избежать ошибок в будущем. Можно ли с учениками на уроке говорить о таких спорных вопросах, как историческая роль генерала Власова и власовцев, цена победы советского народа над фашизмом; о “симпатичном” немецком командующем Гудериане? Можно и нужно. Следует помочь ученикам разобраться в сложном содержании романа и проблемах, затронутых автором.

В настоящее время историческая роль генерала Андрея Власова серьёзно интересует историков. Вышло несколько работ о нём, две из которых хотелось бы порекомендовать учителю13. Эти статьи смогут помочь в объективной оценке романного образа. Что мы можем узнать из них о генерале Власове? Он был одним из защитников Москвы и в 1941 году нанёс немцам решительный удар силами своей 20-й армии. Считался любимцем Сталина и был направлен им на важнейший участок фронта под Ленинградом, чтобы помешать блокаде города. Сражаясь с превосходящими силами противника, армия Власова потерпела поражение и оказалась в окружении; большая её часть погибла. Сам генерал две недели прятался в лесах, но был обнаружен немцами и принял нелёгкое для себя решение о сдаче в плен. После этого он, при поддержке вермахта, пытается объединить под знамёнами так называемой Российской Освободительной Армии (РОА) всех перешедших на сторону врага солдат и офицеров. Немецкое командование, заинтересованное в организации “гражданской войны внутри Отечественной”, использовало идею создания РОА в своих пропагандистских целях. Власов никогда не надевал фашистскую форму, отстаивая исключительность своей миссии — роли освободителя России от “серой чумы большевизма”. После войны он был привезён в Москву и казнён по приказу Сталина.

Мы должны со всей определённостью сказать, что генерал, присягавший на верность Родине, не имеет права на политические пристрастия. Власов, направивший оружие против своего народа, неимоверно тяжёлой ценой отстаивавшего независимость, считается предателем и на суде истории оправдан быть не может.

В романе «Генерал и его армия» мы встречаемся с Власовым один раз — накануне решительного удара 20-й армии под Москвой. Дальнейшая его судьба остаётся за рамками повествования. У современных критиков бытует мнение, что главный герой романа — генерал Кобрисов — “реконструкция Владимовым судьбы Власова, не перешедшего на сторону фашистов”14. С этим никак нельзя согласиться.

Кобрисов — патриот, он против своего народа воевать отказывается, даже против солдат, перешедших на сторону врага. Он не хочет “за Россию платить Россией”, ему одинаково чужды как вера в свою избранность, так и слепое следование высоким идеям, оправдывающим массовую гибель людей. Генерал понимает необходимость соблюдения субординации и выполнения приказов как условие для общего успеха. Следовательно, ни о какой близости его с Власовым говорить нельзя.

Фотий Иванович Кобрисов — “негромкий командарм”, не обласкан властями, слывёт у них за человека нерешительного, но он из тех, кто воюет не числом, а уменьем. Тщательно продумывает тактические ходы и долго взвешивает все факты перед серьёзными операциями — бережёт своих людей. В трудные минуты он способен взять на себя большую ответственность, как это и случалось уже, например, в первые дни войны, когда высшее командование было в состоянии растерянности, чувствовалась общая паника, он сумел собрать и вывести из окружения свою армию в боевом состоянии, сохранил людей и орудия.

Обладая талантом и интуицией, генерал верно выбрал место для форсирования Днепра и захватил Мырятинский плацдарм, открыв тем самым путь к Предславлю (Киеву). Однако в этот момент своей генеральской удачи он начальственно и грубо был устранён от хода операции и отправлен в Москву, в Ставку. По мнению Верховного Главнокомандования, брать Предславль надлежало генералу Терещенко, украинцу по национальности, а не репрессированному ранее Кобрисову, к тому же отказавшемуся входить в город Мырятин: там держали оборону переодетые в немецкую форму русские военнопленные.

В сопровождении своей свиты генерал едет в Москву и почти на подъезде к ней во время короткой остановки по радио слышит приказ о своём повышении и присвоении звания Героя Советского Союза — за взятие города Мырятина. Горько и радостно становится Кобрисову от этого известия. “Трое спутников его встали навытяжку, не зная, куда себя деть; между тем на них уже обращали внимание — подходили солдаты, оставившие свои зенитки, подходили робко женщины с огородов, воткнув в землю свои лопаты, притормаживали проезжавшие мимо шофёры — и все смотрели, как грузный, хорошего роста генерал приплясывает около разостланной скатерти с выпивкой и закусками…”15 Сцена с пляшущим генералом, по мнению многих критиков, — одна из самых сильных в романе. Так и не явившись в Ставку, он разворачивает свой «виллис» и едет назад, к фронту, но артиллерийский снаряд, случайный (или умышленный?), попадает в его машину. Спутники погибают, а “заговорённый”, чудом выживший генерал так никогда больше и не соединится со своей армией.

Не менее сложный вопрос, поставленный автором: как относиться к вопросу о цене, которую заплатил советский народ за победу над фашистской Германией? В романе идёт речь о так называемой “четырёхслойной тактике”. Так про себя называет Кобрисов способ взятия рубежа любой ценой: “…Три слоя ложатся и заполняют неровности земной коры, четвёртый — ползёт по ним к победе. Вступало и обычное соображение, что раз уже столько потрачено сил, то отступать никак невозможно, и может случиться, вырвет победу последний брошенный батальон” (с. 144). Именно так воюет герой романа Владимова — генерал-майор Терещенко — на Сибежском плацдарме. С “умением бестрепетно гнать в бой мужчин помоложе себя и держать армию в руках, без промаха и с одного удара острым своим кулачком разбивая носы и губы подчинённым…” (с. 143).

Безусловно, “четырёхслойная тактика” недопустима, задуматься об этом стоит, но бывают ли войны без жертв? Имеем ли мы право упрекать в чём-либо тех, кто Великую Отечественную выиграл? Разве все командиры были подобны генералу Терещенко? На эти вопросы мы можем с уверенностью ответить отрицательно.

Наконец, об образе Гудериана. Можно ли считать этого немецкого генерала положительным героем? Нет, нельзя. Он показан в один из переломных моментов войны — во время битвы за Москву. Находясь в имении Л.Н. Толстого — Ясной Поляне, немецкий командующий принимает решение о первом большом отступлении своей армии. Накануне Гудериан перечитывает некоторые строки романа «Война и мир» и пытается понять, каким образом враг, “потеряв половину войска, стоял так же грозно в конце, как и в начале сражения”, объяснить самому себе загадочность русской души и то, почему Наташа Ростова сбрасывает с подвод своё добро и отдаёт их раненым.

Владимов прямо говорит о своём отношении к Гудериану в статье «Когда я массировал компетенцию…»: “…Но как я могу симпатизировать немецкому генералу, изгнавшему меня своими танками навсегда из родного Харькова? Я только против лжи о нём»16. Гудериан вовсе не является положительным героем, хотя действительно был талантливым полководцем и его любили солдаты. Это Владимов хорошо показал. Вместе с тем немецкий генерал самолюбив и амбициозен, ему нравится лесть в свой адрес — “кружат голову похвалы фюрера”.

Гудериан был и останется захватчиком, чужаком. Это подчёркивается автором в орловской сцене. В камерах и подвалах городской тюрьмы были обнаружены сотни трупов — узников расстреляли за день до сдачи города немцам. Гудериан приказал выложить их рядами на тюремном дворе и открыть ворота для всего города — хотел лишний раз подчеркнуть жестокость режима большевиков. Но полной неожиданностью стало то, что родные и близкие убитых смотрели на немца “со страхом и злобой, словно он был к этому причастен” (с. 100–101). “Почему ваша паства так смотрит на меня?” — адресовал Гудериан вопрос к находящемуся там русскому священнику. Ответ его поразил: “…Но это наша боль... наша и ничья другая. Вы же перстами своими трогаете чужие раны и спрашиваете: «Отчего это болит? Как смеет болеть?» Но вы не можете врачевать, и боль от касаний ваших только усиливается, а раны, на которые смотрят, не заживают дольше”.

Не только проблемно-тематический аспект анализа романа может вызвать затруднение у школьников, но и осознание композиции. На первый взгляд она кажется сложной, даже несколько хаотичной, но постепенно от страницы к странице мы начинаем понимать логику авторского замысла. Не случайно зачин романа посвящён “королю дорог” — «виллису». Именно эта машина, проезжая с запада (от Днепра и города Предславля) на восток (до Поклонной горы под Москвой) и обратно с востока на запад, “связывает” многие отдельные сцены, эпизоды, авторские размышления в единое целое — роман о генерале Кобрисове. Художественное пространство в начале произведения ограничено четырьмя сиденьями этой генеральской машины. Почти не видим мы, кого встречает на своём пути вызванный в Ставку генерал, что видят из окна автомобиля его водитель Сиротин, адъютант Донской и ординарец Шестериков. Не слышим и их разговоров между собой: каждый занят своими мыслями. Мысли эти — о самом наболевшем, о самом важном — текут, теснятся, сплетаются; рождённые многими воспоминаниями, дополненные документальными фактами и авторскими отступлениями, они-то и составляют художественное полотно романа. Оттого, наверное, сначала кажется хаотичным сюжетное построение. Иногда ассоциативная связь размышлений героев и самой композиции кажется неуловимой, но чаще — логичной. Проезжает, например, генерал Кобрисов через Ольховку (гл. 5, ч. I). Обиженный на то, что маршал Ватутин не остановил его, чтобы попрощаться, герой вспоминает здесь и многие другие свои обиды: незаконный арест, унижения на допросах, приказ о разоружении выведенной им из окружения и сохранённой армии.

Мечтает ординарец Шестериков о даче в Апрелевке, где в послевоенное время хотел бы продолжить службу у своего генерала, и посещают его мысли о том, честно ли он служит сегодня. Ведь не сказал же Кобрисову о том, что майор Светлооков пытался его завербовать. Собирался — но не сказал. Именно здесь изображение самой сцены вербовки становится уместным. Несмотря на то, что подобная беседа Светлоокова с Сиротиным и Донским дана давно — в самом начале романа.

Но романное действие не распадается на отдельные воспоминания. Есть нечто скрепляющее, объединяющее их в единое целое — замысел автора, именно он обеспечивает “выверенность сюжетных построений” и то, что “выстроено всё прочно и изящно”17. Последовательность, в какой автор позволяет нам заглянуть во внутренний мир каждого из генеральской свиты, тоже не случайна. Она не связана с военной чиновной иерархией, не опирается и на открытую оценку автора. Дело здесь в степени “самоотстранённости” каждого из этой свиты от своего непосредственного начальника. Сначала мы читаем мысли тех, кого можно отнести к людям совершенно чуждым Кобрисову по духу, — его водителя Сиротина и адъютанта Донского. Словно для того, чтобы быстрее понять их и сразу же убрать за пределы читательского интереса.

Если откровенно тяготится службой у Кобрисова Сиротин, думает постоянно о том, что он был у того не первым водителем (все предыдущие погибли), что “с этим генералом он войну не вытянет”, то и читатель знакомится с ним коротко, лишь по касательной. Во время вербовки Сиротин предаёт Кобрисова сразу и без угрызений совести.

“Засидевшемуся”, по собственному же мнению, в майорах адъютанту Донскому тоже далеко до какой бы то ни было близости с Кобрисовым. Будучи человеком крайне честолюбивым, с карьеристскими устремлениями, он смотрит на своего генерала свысока, не допуская и мысли о глубоком уме и богатом внутреннем мире последнего. Намеренно-сниженное описание внешности Кобрисова (“глаза-буркалы”, “очаровательная кабанья грация с известной долей импозантности”) даётся именно через восприятие адъютанта. Он, как нам кажется, больше интересен автору своим желанием походить на князя Андрея Болконского, постоянное “самосравнение” с которым становится у Донского навязчивой потребностью. В остальном же образ его достаточно типичен. В нём, как нам кажется, больше от Бориса Друбецкого, чем от Болконского, и автор не предполагает тщательной обрисовки характера адъютанта.

Напротив, близок генералу Кобрисову и интересен автору ординарец Шестериков, фамилия которого происходит от русского слова “шестерик”. Сам Владимов об этом пишет: “Загляните в словарь — это куль с весом в 6 пудов, это запряжка лошадей в три пары цугом… в прошлые войны так возили тяжёлые орудия. Если поискать символику, так она скорее в шестижильности персонажа, в способности к разного вида трудам, к перенесению тягот. Унижения солдатского достоинства в этой фамилии нет”18. В романе мыслям и воспоминаниям солдата отведено немало страниц. В этом герое объединены многие лучшие качества русского человека: смелость и жертвенность, умение достойно жить в самых трудных обстоятельствах, трудолюбие и преданность делу, житейская мудрость. Шестериков спас уже однажды Кобрисова от смерти, выходил его в госпитале. Такого ординарца мечтал бы иметь любой генерал.

Наконец, самым интересным героем можно с уверенностью назвать самого генерала Кобрисова. Ему не только посвящена большая часть романа, все ведущие темы и проблемы произведения рассматриваются непосредственно через этот образ. Владимов пишет о нём очень убедительно, и читателю постепенно становится дорог этот герой. Делаются объяснимыми и понятными все его обиды: за недоверие и отстранение, вербовку органами СМЕРШ ближайшего окружения, непринятие во внимание таланта и бывших заслуг, за откровенное унижение в тюремной камере перед самой войной, когда он был арестован. Но не эти обиды значимы для понимания внутреннего мира и объяснения поступков генерала. Мысли Кобрисова — о России, о многострадальной родине и дорого доставшихся победах, о честолюбии и амбициях его соратников — командармов, о расколе в обществе и причинах перехода русских солдат на сторону врага. В моменты подобных размышлений главный герой как никто другой близок автору, приглашающему современного читателя к разговору, диалогу, полемике.

Следуя традициям русского реализма, а более всего опираясь на роман Л.Н. Толстого «Война и мир», Г.Владимов стремится сказать своё слово о Великой Отечественной войне. Он ведёт читателя к размышлению, заполняет в нашей отечественной прозе лакуны там, где речь идёт не о “лейтенантской” и “окопной”, а о “генеральской” правде. Здесь писатель как раз использует особенный художественный приём — паратекстуальную связь с эпопеей Л.Н. Толстого «Война и мир». Эта связь поможет учителю не только рассмотреть роман «Генерал и его армия» в русле традиций русской классики, но и лучше понять позицию современного писателя. Таким образом, мы ставим перед собой задачу: попытаться вместе с ребятами “переосмыслить” традиции Л.Толстого, взглянув на них через призму романа Г.Владимова. Эта цель будет основной для урока внеклассного чтения в 11-м классе.

Ход урока

I. Вступительное слово учителя

Георгий Николаевич Владимов (Волосевич) родился 19 февраля 1931 года, в семье учителей. Сам не принадлежал к поколению фронтовиков, но война осталась в его памяти навсегда: семье пришлось эвакуироваться из Харькова во время наступления фашистских войск. Выпускник Суворовского училища. Известно, что его мать была осуждена по 58-й статье и отправлена в лагеря в годы репрессий. Сам он окончил в 1953 году юридический факультет Ленинградского университета, но буквально через год, в 1954-м, начал печататься как литературный критик; пришлось поработать и грузчиком в ленинградском порту.

В 1961 году в журнале «Новый мир» была напечатана первая повесть Владимова «Большая руда», впоследствии хорошо принятая читателями и критиками. Если в первом опубликованном произведении только наметился конфликт между стремлением автора к художественной правде и устоявшимися в советской литературе нормами и представлениями, то следующее — роман «Три минуты молчания» (1969) — критика не приняла из-за проступающей здесь неприкрашенной правды жизни. Вместо типического изображения “героев-тружеников” автор передал мысль о духовном неблагополучии, господствующем в современном обществе. Написанная тогда же и распространявшаяся по цензурным соображениям в “самиздате” повесть «Верный Руслан (История караульной собаки)» была опубликована на родине лишь в 1989 году. К этому времени Владимов уже был вынужден уехать из страны, попросив политического убежища в Германии, — отношения его с Союзом писателей и с властями были окончательно испорчены. Во время поездки по приглашению работников Кёльнского университета писатель был лишён советского гражданства и места жительства (у него конфисковали квартиру). Поселившись в городе Нидернхаузен, некоторое время работал главным редактором журнала «Грани», но впоследствии оставил этот пост из-за несогласия с политикой руководства. В Германии Владимов закончил работу над романом «Генерал и его армия», начатую ещё в России. Этот роман был опубликован в журнале «Знамя» (1994, № 4–5) и получил престижную ныне Букеровскую премию.

Эти и другие материалы по биографии писателя учитель может найти в статьях А.С. Карпова (Русские писатели, ХХ век // Биобиблиогр. слов.: В 2 ч. Ч. 1. А–Л / Под ред. Н.Н. Скатова. М.: Просвещение, 1998. С. 300–302), В.Кардина (Страсти и пристрастия // Знамя. 1995. № 9), интервью Ю.Чуприниной, опубликованном в «Общей газете» (1995. № 49).

Публикация статьи произведена при поддержке Центра правовых экспертиз «Главная Дорога». Опытные автоюристы центра окажут квалифицированную помощь водителям. Если вы попали в неприятную ситуацию на дороге, повлекшую лишение водительских прав, споры со страховой компанией и пр. – в центре правовых экспертиз, работающем на территории Москвы и Московской области, всесторонне рассмотрят вашу проблему, выстроят адекватную и выигрышную линию защиты, используя доскональное знание законодательства, помогут оформить документы и при необходимости представят ваши интересы в суде. Зайдите на сайт glavnaya-doroga.com, ознакомьтесь с услугами центра и запишите телефон горячей линии – все консультации бесплатны, а чем раньше вы воспользуетесь помощью профессионалов – тем выше ваши шансы доказать свою правоту.

II. Сообщения учащихся об истории создания романа

1-й ученик. Как появился замысел произведения?

В начале 60-х годов Воениздат основал серию военных мемуаров. Для этого к маршалам и генералам направляли специальных корреспондентов, которые и собирали всю необходимую информацию. От «Литературной газеты» к командарму П.В. Севостьянову был направлен Г.Владимов. По материалам интервью писателя возник небольшой рассказ «Генерал и его армия», о котором впоследствии А.Т. Твардовский сказал: “А это вообще тема для романа”.

Но в целом рассказ Г.Владимова Твардовскому не понравился. Он обратил внимание на ряд несоответствий: не мог, например, командарм плясать на Поклонной горе, выпивать вместе с адъютантом, ординарцем и шофёром, не мог быть оставлен с ним адъютант после отстранения; не мог и сам генерал быть смещён никем, кроме Сталина, или награждён уже после приказа об отстранении. Твардовский, давая общую характеристику произведению, отметил: “Это не рассказ, а папье-маше. В нём одна видимость и всё не так, всё не от знания, всё подделка”. Однако Владимов свою работу продолжил. Он долго вынашивал свой замысел и воплотил его окончательно в форме романа уже в наше время.

Материал к истории создания произведения можно найти в книге А.Кондратовича «Новомирский дневник (1967–1970)» (М.: Советский писатель, 1991. С. 282) и в интервью И.Чуприниной с Г.Владимовым в «Общей газете» (1995. 7–13 декабря. С. 11).

Вопросы к учащимся

— Можно ли упрёки А.Т. Твардовского к рассказу отнести и к роману?

— Почему Г.Владимов не изменил замысел?

2-й ученик. О прототипе генерала Кобрисова.

На то, что прототипом генерала Кобрисова стал командующий 38-й армией Никандр Евлампиевич Чибисов, сам Г.Владимов указал в своей статье «Когда я массировал компетенцию...» (с. 428).

Н.Е. Чибисов родился в станице Романовской 24 октября 1892 года, в казачьей семье, к военному делу приучался с детства. В 1914-м пошёл на войну с “германцем”, в 1915-м окончил Петергофскую школу прапорщиков, в 1917-м командовал ротой в чине штабс-капитана. Новую власть принял, похоже, без особых колебаний, с 1918-го в Красной Армии, к концу гражданской командовал полком. В 1935-м окончил Военную академию, участвовал в финской кампании. К началу Отечественной — генерал-лейтенант. В конце 1941 года командует резервной армией Южного фронта.

Под командованием Чибисова 38-я армия участвовала во многих сражениях, в том числе на Курской дуге. В летнем наступлении 43-го года она выходит к Днепру, форсирует его 26 сентября и занимает Лютежский плацдарм. Городок Лютеж, в тридцати километрах от Киева, был взят 7 октября. Накануне сражения за Киев произошли изменения в руководстве 38-й армией. Командующим был назначен генерал К.С. Москаленко. После киевской операции Чибисов командовал 3-й и 1-й ударными армиями. С начала 1944-го — начальник Военной академии им. Фрунзе. Скончался в Минске 20 сентября 1959 года.

Материал можно найти в статье М.Нехорошева «Генерала играет свита» (Знамя. 1995. № 9. С. 219).

Вопросы к учащимся

— Как вы понимаете слова “негромкий командарм”?

— Какие моменты биографии Н.Е. Чибисова нашли отражение в судьбе героя романа Ф.И. Кобрисова?

III. Оценка романа в современной критике

(Учащиеся читают фрагменты из критических статей.)

1. Вяч. Курицын: “Нет сюжета, есть вполне вялая штабная-полевая история с социально-бюрократической завязкой и торжественно-психологической развязкой. Нет ни одного (именно ни одного) интересного фабульного хода. Нет никакой увлекательной фактуры, детали, подробности, нет событийного мяса…” (Литературная газета. 1995. № 41. С. 4).

2. Л.Аннинский: “Кобрисов — гравитационный центр воюющей державы… Выверенность сюжетных построений доставляет — чисто читательски — едва ли не наслаждение, фактурные пласты схвачены сюжетным ритмом... выстроено всё просто и изящно” (Новый мир. 1994. № 10. С. 214, 221).

3. Н.Иванова: “Хронотоп обширен, пространство широкоформатно. Роман многонаселён — подлинная воюющая Россия” (Знамя. 1994. № 7. С. 183–193).

4. В.Богомолов: “Это всего лишь новая — для России — мифология, а точнее фальсификация, цель которой — умаление нашего участия во Второй мировой войне, реабилитация и, более того, восславление — в лице «набожно-гуманного» Гудериана — кровавого гитлеровского вермахта и его пособника генерала Власова, новая мифология с нелепо-уничижительным изображением советских военнослужащих в том числе и главного персонажа, морально опущенного автором генерала Кобрисова” (Книжное обозрение. 1995. № 19).

5. А.Немзер: “Выверенность слога, продуманность мотивных перекличек, символика, достоверность, сюжетная энергетика, точность психологического рисунка, мука, милосердие, внелогичная надежда в романе. Великом романе” (Сегодня. 1994. 17 июня).

Вопросы к учащимся

— О чём свидетельствует такое многообразие мнений в критике?

— Почему произведение вызвало споры, полемику?

— Какие важнейшие достоинства романа отмечены критикой?

На основании ответов учащихся делаем вывод. Тема Великой Отечественной войны остаётся одной из самых важных в современном литературном процессе и не перестаёт волновать читателей и критиков. Основным достоинством романа «Генерал и его армия» называют следование его традициям русского реализма, в особенности традициям Л.Н. Толстого. Мнения критиков о генерале Кобрисове противоречивы, это связано и с глубиной характера героя, и с неоднозначной трактовкой его образа самим писателем.

IV. Беседа

Художественные приёмы Л.Н. Толстого, использованные для раскрытия образа генерала Кобрисова.

Как вы понимаете слова критика Владимира Кардина: “Своеобразие романа… в демонстративном, но отнюдь не школярском следовании традициям классики — прежде всего русской, одинаково чуткой к громким поворотам истории и к переливам человеческой души, и противоречивому, подчас мучительному соотношению между тем и другим”19? С помощью каких излюбленных художественных приёмов Л.Н. Толстого Г.Владимов раскрывает образ генерала Кобрисова? (Приёмы записываются на доске и в тетради.)

1. Приём сопоставления показывается через восприятие одного явления, события разными людьми. Характер генерала складывается из оценок людей его ближайшего окружения, в частности адъютанта Донского, водителя Сиротина, ординарца Шестерикова. Чтение и анализ эпизодов вербовки майором Светлооковым людей из генеральской свиты (гл. 1, ч. 1, 2; гл. 2, ч. 5).

— Каким предстаёт Кобрисов через восприятие Донского? Сиротина? Шестерикова?

— В чём проявляется высокомерие Донского? Каково его отношение к Кобрисову?

— Почему тяготится службой у Кобрисова Сиротин? Почему он так быстро соглашается со Светлооковым в необходимости “опеки”?

— Какие чувства испытывают читатели в сцене вербовки Шестерикова? Какими глазами смотрит ординарец на генерала? В чём причина преданности солдата командарму? Есть ли сходство между Шестериковым и Платоном Каратаевым Толстого, отмеченное, в частности, критиком В.Кардиным20? Если есть, в чём это проявляется?

Напомним учащимся основные черты характера П.Каратаева: дух простоты и правды, смирение, кротость, пассивность, покорность, патриотизм, оптимизм. В Каратаеве нет ненависти даже к врагам, нет внутренней раздвоенности, рефлексии, эгоцентризма. Какие из этих качеств свойственны Шестерикову, какие — нет?

2. Приём противопоставления. Чтение и анализ эпизодов для противопоставления: Кобрисов отправляет Нефёдова на смерть (гл. 3, ч. 2), Дробнис отправляет в атаку лейтенанта Галишникова (гл. 4, ч. 1).

— Как проявляются лучшие качества Кобрисова в сцене прощания с Нефёдовым? Почему он не может поступить так, как поступает Дробнис? Как, в свою очередь, ведут себя Нефёдов и Галишников по отношению к своим командирам? Почему?

— Что Г.Владимов говорит о молодых командирах — лейтенантах, поднимающих солдат в атаку? Почему он считает, что война выиграна благодаря им?

3. Приём “срывания всех и всяческих масок”.

а) “Генеральская правда”. Здесь можно рассмотреть несколько эпизодов и сцен, например:

· Судьба конструктора Кошкина — создателя танка Т-34 (гл. 2, ч. 3).

· Допрос пленного десантника из Мырятина (гл. 4, ч. 1).

· Совещание в Спасо-Песковцах (гл. 4, ч. 2).

· Заграждение из отрядов НКВД (гл. 5, ч. 2).

· Самоубийство Кирноса (гл. 5, ч. 2).

· Четырёхслойная русская тактика (гл. 2, ч. 5).

— С какой целью Г.Владимов затрагивает эти болезненные вопросы?

— Можно ли утверждать, что рядом с существующей традиционной “лейтенантской” и “солдатской” правдой в современном литературном процессе появилась правда “генеральская”?

б) Развенчание “лжепатриотизма”. Показательным для анализа можно, на наш взгляд, считать эпизод с рубахами Н.Хрущёва (гл. 4, ч. 2). Здесь учителю следует разъяснить смысл самого слова “лжепатриотизм”, так как это достаточно сложное понятие. Это патриотизм “внешний”, поверхностный, сопровождающийся на деле равнодушием к реальным нуждам и чаяниям народа.

Цели многих людей в верхах лжепатриотичны по своей сути: взятие городов к праздничным датам, упомянутая ранее “четырёхслойная тактика”, честолюбивые амбиции командиров — тому пример. Напомним ребятам, что и Льва Толстого в своё время упрекали в отсутствии патриотизма за то описание войны, которое он дал в романе «Война и мир»: многие его современники были обижены принижением роли двора и штаба армии, разоблачением честолюбивых стремлений штабистов. Следовательно, Г.Владимов и здесь следует традициям классика.

4. Приём перебрасывания действия от командующего российской армией к командующему армией врага.

Для примера можно взять эпизоды: «Власов у храма Андрея Стратилата» (гл. 2, ч. 2) и «Гудериан в Ясной Поляне» (гл. 2, ч. 3).

Вывод. В отличие от Л.Толстого, считающего, что волевые решения командующего армией на ход сражения не влияют, Владимов утверждает, что ведение войны — искусство. Полководцу нужны интуиция, умение прогнозировать свои действия, талант, решительность и осознание своей роли. Причём качества эти могут быть свойственны не только защитникам Отечества, но и захватчикам.

5. Психологизм повествования. Использование внутреннего монолога.

— Роман «Генерал и его армия» — цепочка размышлений многих героев, а более всего — генерала Кобрисова. Каким предстаёт он перед нами в своих раздумьях?

V. Обобщающая характеристика героя. Она даётся двумя-тремя учащимися с использованием плана, который был предложен им заранее в качестве домашнего задания.

1. Характер героя, его раскрытие через биографию.

2. Как проявляется характер в поведении, поступках, взаимоотношениях с другими героями?

3. Оценка героя другими персонажами, самооценка.

4. Прямые и косвенные авторские оценки.

5. Портрет, одежда, жесты, речь и так далее, помогающие лучше понять героя.

6. Ваша собственная оценка.

VI. Заключительное слово учителя.

Как и Л.Толстой, Г.Владимов использует те же аспекты изображения жизни: исторический (обращается к важнейшим для страны историческим событиям), философский (раздумывает о законах жизни), нравственный (показывает внутренний мир человека).

У авторов много общего в изображении: пятьдесят лет отдалённости от военных событий, использование наряду с историческими вымышленных лиц, употребление множества фактов, широта исторического мышления. Их объединяет также умение выразить открыто авторскую позицию, показать как массовые сцены войны, так и личный героизм. Общее и в социальной направленности критики, в противопоставлении “верхов” и “низов”.

Однако, изображая Отечественную войну против Наполеона, Л.Н. Толстой утверждал, что исключительная роль здесь принадлежит народу, который влияет на ход истории. В период военных действий лучшие люди из всех слоёв общества вставали на защиту Отечества, однако историческим процессом управляет Высшая воля, которой подчинены все его участники. Для великого писателя война — это “бедлам и хаос, где никто ничего предвидеть не может” и никакой полководец ничем не руководит.

Владимов, напротив, утверждает, что успеху на войне способствуют талант и интуиция полководца. Наука побеждать — это искусство, а подмена законного боевого генерала случайной личностью недопустима и ведёт к необратимым последствиям — бессмысленной гибели людей. Как мы видим, современный писатель не только следует традициям, но и в чём-то спорит с классиком.

Каким же образом Владимов делает ссылки на Толстого?

Во-первых, он упоминает реалии, принадлежащие Толстому-писателю, например, его имение в Ясной Поляне. Во-вторых, он использует прямые цитаты из романа «Война и мир», а также показывает размышления своих персонажей о судьбах героев Толстого и ходе войны.

Важную роль играют реминисценции и аллюзии. Можно привести множество примеров из текста романа «Генерал и его армия», где эти реминисценции и аллюзии напоминают о произведении Толстого. Кобрисов во время переправы чем-то немного напоминает Пьера на Бородинском поле, а когда вывозит из окружения орудия — Тушина. Много общего в лихом геройстве Денисова и Галагана, в подчинении своих интересов интересам мужа у Наташи Ростовой и Марии, жены Кобрисова.

Но всё-таки главным остаётся следование не столько художественным приёмам, сколько внутренним задачам творчества великого писателя: Владимов стремится показать то, что для лучших русских людей личные судьбы неотделимы от судьбы Родины; нельзя быть свободным и счастливым, если в беде твой народ. Автор не уходит от вопросов о смысле жизни, о добре и зле. Он дорожит исконными чертами толстовского реализма: преобладанием идеи над выразительностью, стремлением к открытой публицистичности, гуманистическим пафосом, стремлением донести до читателя богатство внутренней жизни человека.

Домашнее задание

Рассмотреть следующие особенности речевой и стилистической манеры Л.Толстого, заимствованные Г.Владимовым, найти и привести примеры из текста: внешний и внутренний монолог; диалог; комментарий автора; сравнение, метафора; сон; повторяющаяся портретная деталь.

Примечания

1. Богомолов В. Срам имут и живые, и мёртвые, и Россия // Книжное обозрение. 1995. 9 мая. № 19.

2. Курицын Вяч. Военно-патриотический роман в трёх вариантах // Литературная газета. 1995. 11 октября. № 41. С. 4.

3. Щеглов Ю. Страх, с которым нужно бороться // Независимая газета. 1996. 1 февраля. № 20.

4. Иванова Н. Дым отечества // Знамя. 1994. № 7. С. 183.

5. Аннинский Л. Спасти Россию ценой России // Новый мир. 1994. № 10. С. 214.

6. Басинский П. Писатель и его слова // Литературная газета. 1994. 15 июня. С. 4.

7. Кардин В. Страсти и пристрастия // Знамя. 1995. № 9. С. 199.

8. Нехорошев М. Генерала играет свита // Знамя. 1995. № 9.

9. Немзер А. Кому память, кому слава, кому тёмная вода // Сегодня. 1994. 17 июня.

10. Владимов Г. Новое следствие, приговор старый // Собр. соч.: В 4 т. М.: Книжная палата. Т. 4. С. 338.

11. Владимов Г. Когда я массировал компетенцию. Ответ В.Богомолову // Собр. соч.: В 4 т. М.: Книжная палата. Т. 4. С. 435.

12. Давыдов О. Между Предславлем и Мырятином // Независимая газета. 1996. 1 февраля. № 20.

13. Андреева Е. Генерал Власов и Русское Освободительное Движение // Дружба народов. 1995. № 5; Левин И. Генерал Власов... // Звезда. 1995. № 6.

14. Лямпорт Е. Буккер-экспресс. Новые заметки о ежегодной премии // Независимая газета. 1995. 1 декабря. С. 7.

15. Владимов Г. Генерал и его армия. М.: ЭКСМО-пресс, 2001. С. 400.

16. См. прим. 11. С. 94.

17. См. прим. 5. С. 214.

18. См. прим. 11. С. 435.

19. Кардин В. Страницы другой войны // Московские новости. 1994. № 25.

20. Там же.


Источник: http://lit.1september.ru/article.php?ID=200501509


Закрыть ... [X]

Электронно-библиотечная система КнигаФонд Распечатать рисунок для вышивки


Литература связана



Литература связана



Литература связана



Литература связана



Литература связана



Литература связана



Литература связана



Литература связана



Литература связана



Литература связана